Настоящее вино и картошка-фри

 

Потребителю нужен яркий, понятный и незамысловатый продукт. Конечно, качественный, но не слишком сложный. Сложный – это плохо, не все поймут. Сужается аудитория.

 

Это полный п… маркетинг!

Мы живем в мире, где всем правят информационные технологии и маркетинг. Любой продукт и товар нам могут продать независимо от его качества. Все зависит лишь от количества денег, вложенных в продвижение данного продукта, и изощренности технологий продажи.

То же самое происходит и в мире вина. На смену чутью и опыту виноделов пришли современные технологии и наука. Сейчас большинство вин делается «в погребе«. Это означает фактически конвейерное производство – как у лекарств, или консервов, или косметики. Если раньше вино возникало в акте творения и в союзе с природой, то теперь его можно спрограммировать и материализовать, обладая нужными технологиями и знаниями. Такое вино не обязательно будет плохим. Но оно точно не будет таким, как раньше.

Современный рынок вина во многом зависит от Америки. Если быть более точным — от вкуса американцев. Я не собираюсь обвинять американцев в плохом вкусе — это их личное дело. Просто их вкус отличается от моего. Нормально, так бывает.

Проблема в том, что их вкусы вторгаются в мою жизнь. Мои дети требуют гамбургеров и картошки-фри… в кинотеатрах крутят только продукцию Голливуда… а в магазинах продается вино «по международным стандартам”.

Международные стандарты — вроде неплохо. Вот только разница между настоящим вином и вином «по международным стандартам» – как… между творогом, купленным у тети Маши на рынке, и творожной массой в герметичной пластиковой упаковке, как между пейзажем Федора Васильева и шедевром, созданным из клипарта в Фотошопе, как… стоит ли продолжать?

Поздно пить Боржом!

Глобализация вина базируется на маркетинге. Потребителю нужен яркий, понятный и незамысловатый продукт. Конечно, качественный, но не слишком сложный. Сложный – это плохо, не все поймут. Сужается аудитория. И важно, чтобы пить можно было сразу, а не ждать десять-двадцать лет, пока созреет. Ждать – невыгодно.

В результате создается виноградный напиток, насыщенный фруктовыми ароматами, очень концентрированный, но с мягкими, шелковистыми танинами (чтобы пилось легко). Что-то типа «винной кока-колы». Пить можно, и не без приятности, но это уже не вино.

И если вы родились, когда этот процесс уже запустился, — вы и не знаете вкуса настоящего вина. Все, что вы покупаете в супермаркете, пьете в самолете, на вокзале и даже в большинстве ресторанов, — это та самая кока-кола. Чуть лучше или чуть хуже… Но разница не принципиальная.

Конечно, в мире еще осталось настоящее вино. И его много. Потому что много тех, кто его ценит, любит и понимает. Много тех, кто не готов жертвовать традициями и принципами ради экономического успеха. Но – именно в силу удаленности этих людей от экономических рычагов на рынке – о них почти не слышал простой потребитель.

Тот, который может прожить всю жизнь и так и не узнать, что за словом «вино» скрывается огромный и удивительный мир, а не алкогольная похлебка красного цвета.

Полюбить настоящее вино не просто. Хотя бы потому, что это требует усилий. Требует отказаться от ярких и мощных вкусов… требует желания разбираться и анализировать. Требует времени. Но усилия того стоят. Если вы когда-то учились играть на музыкальном инструменте или рисовать, то вы знаете, как сложно и тяжело приходится вначале. Но затем приходит легкость. И удовлетворение от получаемого результата уже ни с чем не сравнить. Поэтому если у вас есть желание попробовать — я приглашаю вас в мир Настоящего Вина. В мир, где вас ждут удивительные открытия и незабываемые встречи. Хотя дорога туда будет непростой.

Но все, что дается нам слишком просто, обычно не приносит удовлетворения.

Лучше, конечно, помучаться. (с) товарищ Сухов

0 Комментариев

 

    Оставить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

    You may use these HTML tags and attributes: <a href="" title=""> <b> <em> <i> <strong>